Как моя райская жизнь стала адской лишь за 10 дней

Зимой мы очень любили ездить в г. Чусовой на горнолыжный курорт, если так можно выразиться. Однажды мы поехали туда, чтобы отметить 8 марта, ну и отдохнуть, перезагрузиться. Все было здорово, природа отличная, ничто не предвещало беды.

Непредвиденное и ужасное случилось 10 марта.

Наш сын Андрей неудачно приземлился после прыжка с трамплина. Сын грохнулся на спину, прокатившись кубарем несколько метров, он неподвижно застыл на снегу.

Муж тут же ринулся на помощь – он был ближе всех к трамплину. Схватив ребенка, он осторожно понес Андрея в наш домик. Ребенок просто заливался слезами, говорил, что спина болит. Скорая прорезала сиреной тишину окрестных лесов. Ребенка госпитализировали.

Мы с мужем поехали следом за каретой на нашей машине. Сделанный рентген не сулил ничего хорошего: перелом позвоночника в двух местах.

Андрей остался в больнице, в одной из палат, где были уже другие больные с переломами. Сами мы поехали домой. Завтра должен был прийти врач и вынести свой вердикт о мерах для дальнейшего лечения.

Конечно, нам не спалось. Наш сын получил серьезную травму, после которой он, возможно, не сможет ходить, лежит в палате с чужими людьми. Проснувшись, мы сразу отправились в больницу с самыми безрадужными ожиданиями от вердикта врача.

Заходим в палату и видим, что сын спокойно себе сидит на кровати. И это при том, что сидеть ему категорически запрещено. Куда смотрит персонал больницы? Чаек попивают?

Я очень разозлилась. Посоветовавшись с мужем, мы решили перевезти ребенка в наш родной Екатеринбург. Все-таки дома и стены помогают.

Наш друг был хирургом, мы переговорили с ним, рассказали о случившейся беде. Он дал согласие на прием в его больницу и объяснил, как лучше доехать. Путь неблизкий – около 200 км.

Сначала нам не хотели отдавать ребенка, тогда мы оформили отказ от госпитализации, они взяли с нас расписку, что мы не имеем претензий.

Добрались нормально, сразу же направились в больницу, где в тот же день Андрюшке наложили гипс. На другой день мы взяли сыночка домой. Гипс сказали не снимать 3 месяца. Еще 3 месяца приказали ходить в корсете. Вроде все обошлось – главное, что ребенку не угрожает опасность. Небо жизни недолго оставалось без грозы.

Другая беда случилась 20 марта.

Супруг уехал по работе 19 марта и должен был приехать на вторые сутки. Но 20 марта муж не появился на пороге дома. В те времена мобильные телефоны были еще не так распространены – не было возможности позвонить и узнать, почему он задерживается. Оставалось только томиться в ожидании и верить, что все будет хорошо. Но долгое ожидание в этот раз обернулась печальной развязкой.

Еще через сутки мне позвонили на домашний адрес и сообщили, что супруг покинул этот мир вечером 20 марта. Он разбился на машине. Мистика какая-то. Муж попал в аварию недалеко от того места, где Андрюша сломал себе спину. Воистину проклятое место для нашей семьи.

За каких-то 10 дней наше мирное существование превратилось в каторгу. Мне не хотелось жить, мне хотелось все забыть, никого не слышать и не видеть. Я отказывалась есть – пища в меня просто не лезла. Напала бессонница – я просто-напросто не могла заснуть, тяжкие мысли не отпускали. Моя жизнь стала бессмысленна. Я сильно похудела – сбросила 15 кг.

Хорошо, что друзья мои и моего усопшего мужа не оставили меня в беде. Это понятно – все видели мое состояние, боялись, что могу навредить себе. Около года я просто сидела дома, бессмысленно смотря телевизор или просто в одну точку.

Будет ложью сказать, что мне не хотелось умереть. По ночам я просила мужа забрать к себе. Теперь мне стыдно, ведь у меня на руках был больной ребенок, которому требовался уход, да и просто любящая мать рядом. Я не чувствовала никакой ответсвенности перед ребенком – настолько я скорбела по утрате столь близкого для меня человека.

Теперь вроде все срослось. Боль от потери стала потихоньку утихать. Мне удалось заглушить дьявола, который настойчиво звал меня в могилу. Никому не пожелаю пережить нечто подобное. Всегда боритесь и сражайтесь, когда кажется, что выхода нет.